Подборка книг по тегу: "неунывающая героиня"

Нина в ступоре смотрела на своего мужа, который приехал встречать её из больницы, куда она попала с его лёгкой руки, что наотмашь ударила её по лицу неделю назад. Вова был на её машине, которая теперь принадлежала ему, как и всё их имущество.
- Ниночка, с выздоровлением - вот приехал встретить свою ЛЮБИМУЮ жену из больницы!
- Сомневаюсь, я ж не вперед ногами отсюда выхожу. Что надо, Волков? Спасибо сказать, что не убил?
- От тебя снега зимой не допроситься, какое от тебя спасибо?! А вот я очень щедрый мужчина! Я подарил твою машину Ангелине и купил ей шубку из норки. И про тебя, Нинок, я не забыл. Держи подарок, всё-таки скоро Новый год.
К её ногам муж кинул тюбик с кремом от морщин, из-за которого съел ей весь мозг ложечкой - слишком был дорог для такой старой клячи, как она.
- Крем закончился - его место на помойке, как и твоё! Вместе в одном мусорном баке будете тухнуть! - оскалился муж открывая пассажирскую дверь авто. - А теперь смотри, старуха, на кого я тебя променял!

— Вы чего? — взвизгиваю, хватаю пресс–папье и замахиваюсь на огромного брутала, что упирается в меня тем, о чем многие женщины мечтают.
— Чего корчишь из себя безпамятную? – рычит он, наклоняясь так близко, что мне становится жарко.
— В смысле корчу? Я в-вас впервые вижу.., — рявкаю в ответ, угрожая пресс–папье.
— Эм–м–м… А это что?— мычит «бычара» и суёт мне под нос красные трусы. — Ну, признайся, трусишка, что твои…И ты оставила их в моей спальне.
— Еще чего?! Да, такие трусы в любом «Ашане» купить можно, — фыркаю и метко вхожу коленом в святая святых.
Он сгибается от боли. Я выбегаю из кабинета, чертыхаясь на бывшего мужа, его любовницу и чертовы красные трУсЫ…

— Я же всегда говорила тебе, милая, красота решает.
Это какой-то сюрреализм… Моя мать, в моей постели, с моим мужем.
— Что, нечего сказать? Беги к своим ожоговым уродцам, это ведь единственное место, где ты чувствуешь себя красивой — рядом с теми, кому хуже.
Мне тридцать два, я лучший пластический хирург города, могу вернуть человеку лицо практически после любой катастрофы.
Но вряд ли я смогу убрать шрамы после той, которую сотворила моя родная мать!
— Думаешь, он первый, кого я у тебя увела? — Она даже не пытается прикрыться, вальяжно сидя на моей кровати. — Я всю жизнь тебе говорила: красота — это власть, а ты закопала себя в операционной. Ну и что тебе дали твои дипломы? Я и в пятьдесят четыре могу забрать у тебя всё.

‼️ТОЛЬКО СЕЙЧАС САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА И СКИДКИ НА ВСЕ МОИ КНИГИ‼️
Я просто листала соцсети и смотрела чужую свадьбу. Пока в кадре не мелькнул мой муж. Он целовал другую женщину в тени банкетного зала.
— Это не я, — заявил он позже.
— Мы разводимся, Виталь.
Он усмехнулся.
— У тебя ничего нет, Люд. Копеечная зарплата. Ты не выживешь без меня. Я тебя буквально подобрал и человеком сделал, так что будь благодарна и не дергайся.
Он отобрал телефон, запер меня дома, но не сработало, я не смирилась.
— Ладно, поехали в ЗАГС, — сдался он.
Но до него мы так и не доехали. Поздно вечером муж высадил меня на трассе, вдали от города.
— Не хочешь мириться, выходи.
Он уехал, оставив меня одну посреди дороги. Без денег. Без телефона. Без будущего.
Боль предательства разъедала грудь, но страшнее стало, когда возле меня остановилась другая машина, и оттуда выглянул мужчина с суровым лицом.
— Куда тебе, красавица?

— Талак! Талак! — рявкает муж, и у меня всё в душе опускается.
— За что, Махарам? — чуть не реву.
— Ты возомнила, что ты лучше других? Ты возомнила, что можешь управлять мной? — рычит он.
— Я всего лишь сказала, что против второй жены…
— Как ты можешь быть против? Ты кто? Мне тебя ущербную подсунули, чтобы ты присматривала за моей дочерью. Этим и занимайся!
— Ты только что выдал мне талак! При чём тут твоя дочь, если мы разводимся?!
— Асю я оставлю с тобой, она только к тебе привыкла, — заявляет муж как ни в чём не бывало.

Его дочери шесть. Она родилась за четыре года до нашего брака. Разумеется, от другой женщины. А сегодня муж заявил, что берёт в жены мою сестру.

Мой босс — самоуверенный красавчик — поспорил с приятелем, что за неделю сможет уложить в постель любую женщину.
В качестве «любой женщины» случайно выбрали меня.
По мнению босса, скромная секретарша, которая носит одежду размера XXL — это легкая, слишком легкая добыча.
Он думает, что выиграет спор даже не за неделю, а за какие-нибудь три дня.
Он думает, стоит ему нежно улыбнуться, и я буду скакать от счастья, а потом сама с разбега запрыгну к нему в постель.
Зря он так думает.

Измена — только начало. Настоящая ловушка — долги, расписки, финансовая петля. Муж думал, что оставит меня нищей и сломленной. Ошибся. Теперь он разводится с женщиной, за спиной у которой встал человек из прошлого, которого все боялись. Волк. И он учит меня не выть от боли, а кусаться в ответ.

— Ты влезла между нами. В щель, которой раньше не было. Теперь он смотрит на меня как на врага. Из-за тебя.
— И самое отвратительное, — шепчет парень, и его дыхание обжигает, — что я понимаю его. Потому что я одержим тобой с той самой минуты, как ты назвала меня трусом. Ненавижу эту одержимость. Ненавижу себя за это. Ненавижу тебя за то, что ты заставила меня это чувствовать.
Он целует меня жадно и коротко, я даже не успеваю вскрикнуть. Но так же быстро отстраняется.
— Почему? — его вопрос похож на стон. — Ты же чувствуешь... Ты ответила мне.
— Я чувствую, — признаюсь я, и голос срывается. — И поэтому не могу. Я не могу делить себя. Не могу быть тем, из-за чего вы...
— Вон, — говорит он тихо, голос снова обретает привычную, мертвенную ровность. — Уходи.

— Ваши лекалства, больной, — светловолосый мальчуган в медицинском халате деловито протягивает мне блистер но-шпы.
Он важно восседает за рабочим столом моей бывшей, пока его брат-близнец сунет мне под мышку градусник.
— Вы чьи? — задаю резонный вопрос.
Алла сказала, что решила проблему. Справку мне принесла!
— Мамы Аллы, она влач! — мальчишка пытается удержать огромные мамины очки на носу и смешно морщится.
— А папа где? — холодею я.
— На севеле пингвинов лечит! Он не мозет с нами быть!
— Вот как? — разворачиваюсь к двери, где застыла бледная Алла. — Ничего не хочешь мне рассказать? — требую резко.
— Заявление на увольнение у вас на столе! Дети, мы уходим!
— Стоять! — командую я. — Клиника теперь моя, и все в ней тоже мое! Никаких увольнений не будет, пока я не разберусь с тобой и с ними!